Мы думаем о Настоящем, Прошлом и Будущем
Список форумов Форум АЭС специалистов с  осколков СССР

Форум АЭС специалистов с осколков СССР

АЭС проблемы из первых рук Операторы. Техники. Исследователи О радиации. Надёжности. Прошлом и Будущем
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Прикованный к атомной галере имеет право знать правду о пробоинах в Корабле Предупредить, когда увидел рифы, почувствовал приближение бури
Хронология развития аварии блока нр.4 ЧАЭС

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Форум АЭС специалистов с осколков СССР -> 0801 Обожженые радиацией
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Вт Май 10, 2016 6:14 pm    Заголовок сообщения: Хронология развития аварии блока нр.4 ЧАЭС Ответить с цитатой

PS
Тема особенно важная.
Но Хронометраж отсутствует
Придется собирать слова очевидцев
Сопоставляйте


Хронология развития аварии блока нр.4 ЧАЭС

http://avkrasn.ru/article-3636.html

http://magate-1.narod.ru/2.html


Четвертый блок ЧАЭС введен в эксплуатацию в декабре 1983г.


К моменту остановки блока на средний ремонт, которая была запланирована на 25 апреля 1986г.,

активная зона содержала 1659 TBС
со средним выгоранием 10,3 МВт сут/кг,
1 дополнительный поглотитель и 1 незагруженный канал.

Основная часть ТВС (75%) представляла собой сборки первой загрузки с выгоранием 12 - 15 МВт сут/кг.

Перед остановкой были запланированы испытания турбогенератора (ТГ) №8
в режиме выбега с нагрузкой собственных нужд.

Цель этих испытаний
- экспериментально проверить возможности использования
механической энергии ротора отключенного по пару турбогенератора
для поддержания производительности механизмов собственных нужд блока в условиях обесточивания.

Подобные испытания уже проводились ранее на этой станции.

Тогда было выяснено, что напряжение на шинах генератора падает намного раньше,
чем расходуется механическая энергия ротора при выбеге.

В испытаниях, намеченных на 25 апреля 1986г., предусматривалось использование специального регулятора магнитного поля генератора,
который должен был устранить этот недостаток.

Однако «Рабочая программа испытаний турбогенератора № 8 Чернобыльской АЭС», в соответствии с которой они должны были проводиться,
не была должным образом подготовлена и не была согласована с ответственными службами АЭС.

В программе по существу не были предусмотрены дополнительные меры безопасности,
ею предписывалось отключение САОР.

Это означало, что в течение всего периода испытаний (~ 4 ч) безопасность реактора окажется существенно сниженной,
что не допускалось регламентом работы.

В силу того, что безопасности этих испытаний не было уделено должного внимания,
персонал к ним готов не был, не знал о возможных опасностях.

Кроме того, как это будет видно из дальнейшего, персонал допускал отклонения от выполнения программы, создавая тем самым условия для возникновения аварийной ситуации.

25 апреля в 1 ч 00 мин
персонал приступил к снижению мощности реактора, работавшего на номинальных параметрах,

и в 13 ч 05 мин ТГ№ 7 был отключен от сети при тепловой мощности реактора 1600 МВт.

Электропитание собственных нужд (четыре ГЦН, два питательных электронасоса и др.) было переведено на шины ТГ № 8.

В 14 ч 00 мин в соответствии с программой испытаний от КМПЦ была отключена САОР.

Однако по требованию диспетчера энергосети вывод блока из работы был задержан.

В нарушение регламента эксплуатация блока в это время продолжалась с отключенной САОР.

В 23 ч 10 мин снижение мощности было продолжено.

В соответствии с программой испытаний выбег генератора с нагрузкой собственных нужд предполагалось провести при тепловой мощности реактора 700-1000 МВт.

Однако при отключении системы ЛАР, что предусмотрено регламентом эксплуатации реактора на малой мощности,

оператор не смог достаточно быстро устранить появившийся разбаланс измерительной части АР.

В результате этого тепловая мощность упала ниже 30 МВт.

Только к 1 ч 00 мин 26 апреля 1986 г. её удалось стабилизировать на уровне 200 МВт.

В связи с тем, что в этот период продолжалось «отравление» реактора,
дальнейший подъем мощности был затруднен из-за малого оперативного запаса реактивности,
который к этому моменту был существенно ниже регламентного.

все же испытания решено было проводить.

В 1 ч 03 мин и 1 ч 07 мин дополнительно к шести работавшим ГЦН было включено еще по одному ГЦН с каждой стороны,

чтобы после окончания эксперимента, в котором в режиме выбега должны были работать четыре ГЦН, в КМПЦ осталось четыре ГЦН для надежного охлаждения активной зоны.

Поскольку мощность реактора, а следовательно, и гидравлическое сопротивление активной зоны и КМПЦ были существенно ниже запланированного уровня и в работе находились все восемь ГЦН,

суммарный расход теплоносителя через реактор возрос до (56 - 5Cool 103 м3/ч,

а в отдельных ГЦН до 8000 м3/ч, что является нарушением регламента эксплуатация.

Такой режим работы запрещен из-за опасности срыва подачи насосов и возможности возникновения вибраций магистралей контура вследствие кавитации.

Подключение дополнительных ГЦН и вызванное этим увеличение расхода воды через реактор привело к уменьшению парообразования,

падению давления пара в БС,
изменению других параметров реактора.

Операторы пытались вручную поддерживать основные параметры реактора — давление пара и уровень воды в БС — однако в полной мере сделать этого не удалось.

В этот период в БС наблюдались провалы по давлению пара на 0,5-0,6 МПа

и провалы по уровню воды ниже аварийной уставки.

Чтобы избежать остановки реактора в таких условиях, персонал заблокировал сигналы A3 по этим параметрам.

Тем временем реактивность реактора продолжала медленно падать.

В 1ч 22 мин 30 с оператор на распечатке программы быстрой оценки запаса реактивности увидел,

что оперативный запас реактивности составил значение, требующее немедленной остановки реактора.

Тем не менее это персонал не остановило и испытания начались.

В 1ч 23 мин 04 с были закрыты стопорно-регулирующие клапаны (СРК) ТГ № 8.

Реактор продолжал работать на тепловой мощности ~200 МВт.

Имеющаяся A3 по закрытию СРК двух ТГ (ТГ .№ 7 был отключен днем 25 апреля 1986 г.) была заблокирована,

чтобы иметь возможность повторить испытание, если первая попытка окажется неудачной.

Тем самым было сделано еще одно отступление от программы испытаний,
в которой не предусматривалась блокировка A3 реактора по отключению двух ТГ.

Через некоторое время после начала испытания началось медленное повышение мощности.

В 1ч 23мин 40с начальник смены блока
дал команду нажать кнопку АЗ-5, по сигналу от которой в активную зону вводятся все регулирующие стержни и стержни A3.

Стержни пошли вниз, однако через несколько секунд раздались удары и оператор увидел,
что стержни-поглотители остановились, не дойдя до нижних концевиков.

Тогда он обесточил муфты сервоприводов,
чтобы стержни упали в активную зону под действием собственной тяжести.

По свидетельству очевидцев, находившихся вне четвертого блока, примерно в 1 ч 24 мин раздались последовательно два взрыва,

над четвертым блоком взлетели какие-то горящие куски и искры, часть из которых упала на крышу машинного зала и вызвала пожар.



Последний раз редактировалось: NPP (Чт Май 12, 2016 6:17 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Вт Май 10, 2016 6:58 pm    Заголовок сообщения: Причины аварии Ответить с цитатой



URL: http://avkrasn.ru/article-3636.html

URL: http://magate-1.narod.ru/4.html

ПРИЧИНЫ АВАРИИ НА ЧЕРНОБЫЛЬСКОЙ АЭС нр.4

Как показал приведенный выше анализ,
авария на четвертом блоке ЧАЭС относится к классу аварий, связанных с вводом избыточной реактивности.

Конструкция реакторной установки предусматривала защиту от подобного типа аварий с учетом физических особенностей реактора,
включая положительный паровой коэффициент реактивности.

К числу технических средств защиты относятся СУЗ по превышению мощности
и уменьшению периода разгона,

блокировки и защиты по неисправностям или переключениям оборудования и систем энергоблока, а также САОР.

Кроме технических средств защиты предусматривались также строгие

правила и порядок ведения технологического процесса на АЭС, определяемые регламентом эксплуатации энергоблока.

К числу наиболее важных правил относятся требования о недопустимости снижения оперативного запаса реактивности ниже 30 стержней.

В процессе подготовки и проведения испытаний ТГ в режиме выбега с нагрузкой собственных нужд блока

персонал отключил ряд технических средств защиты и нарушил важнейшие положения регламента эксплуатации в части безопасности ведения технологического процесса (табл. 1).

Таблица 1.



Наиболее опасные нарушения режима эксплуатации, совершенные персоналом четвертого блока ЧАЭС.


Основным мотивом поведения персонала было стремление быстрее закончить испытания.

Нарушение установленного порядка при подготовке и проведении испытаний, нарушение самой программы испытаний,

небрежность в управлении реакторной установкой свидетельствуют о
недостаточном понимании персоналом особенностей протекания технологических процессов в ядерном реакторе и
о потере им чувства опасности.

Разработчики реакторной установки не предусмотрели создания защитных систем безопасности,
способных предотвратить аварию при имевшем место наборе преднамеренных отключений технических средств защиты

и нарушений регламента эксплуатации,

так как считали такое сочетание событий невозможным.


Таким образом, первопричиной аварии явилось крайне маловероятное сочетание нарушений порядка и режима эксплуатации,
допущенных персоналом энергоблока.

Катастрофические размеры авария приобрела в связи с тем, что

реактор был приведен персоналом в такое нерегламентное состояние, в котором существенно усилилось влияние положительного коэффициента реактивности на рост мощности.



Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Вт Май 10, 2016 7:44 pm    Заголовок сообщения: Новая хронология аварии на 4-м блоке Чернобыльской АЭС Ответить с цитатой

Source URL: http://nuclearno.ru/text.asp?9795

1 мая 2005
Новая хронология аварии на четвёртом блоке Чернобыльской АЭС

Борис Горбачев

36-а, ул. Кирова, 07270, Чернобыль, Украина, МНТЦ "Укрытие"
тел: 380-44-93-5-19-01, факс: 5-14-34,
e-mail: gorbachev26@mail.ru
e-mail: gorbachev@slavutich.kiev.ua


Предыдущие публикации Бориса Горбачева на сайте NuclearNo.ru

Кто "замыливает" правду о причинах чернобыльской аварии?

Анализ причин и реалистический сценарий Чернобыльской аварии
Чернобыльские небылицы

Главная причина Чернобыльской аварии.Дополненный материал.

Когда на самом деле взорвался Чернобыльский реактор?

Дополнительные доказательства.

Последняя тайна Чернобыльской аварии


Проанализированы доступные данные о работе главных циркуляционных насосов (ГЦН) реактора РБМК-1000
4-го блока ЧАЭС
в ночь на 26 апреля 1986 г.

Результаты анализа в условиях надёжной работы ГЦН позволили уточнить момент "второго взрыва"
на реакторе
с точностью до секунды и, таким образом, подтвердить справедливость версии, предложенной автором ранее.

Введение

Известно [1], что в ночь на 26 апреля 1986 г. при проведении электротехнических испытаний по выбегу турбогенератора № 8 (ТГ-Cool

охлаждающую воду в активную зону реактора подавали восемь ГЦН, включённых по четыре в каждой петле контура многократной принудительной циркуляции (КМПЦ).

При этом электропитание на ГЦН № 13, 23, 14 и 24 подавалось от "выбегающего" ТГ-8, т.е. эта четвёрка ГЦН непосредственно участвовала в испытаниях.

Другая четверка ГЦН, а именно № 11, 21, 12 и 22, была подключена к источнику надёжного питания - резервному трансформатору,

т.е. эти ГЦН подавали охлаждающую воду в активную зону реактора в штатном режиме электропитания.

Обсуждение роли кавитации

Почему испытатели на 4-м блоке выбрали именно такую нестандартную схему охлаждения - это отдельный вопрос.

Однако факт подключения сразу восьми ГЦН,
выяснившийся вскоре после аварии, вызвал резкую критику такого решения со стороны специалистов по реактору РБМК-1000 (см., например, [2]).

По их мнению, такой режим работы мог привести к возникновению кавитации в топливных каналах (ТК),

а, следовательно, к неконтролируемому уменьшению плотности теплоносителя
за счёт увеличения содержания пара в охлаждающей воде

и даже к срыву работы ГЦН.

А это, в свою очередь, могло спровоцировать начало неуправляемой цепной реакции и привести к аварии.

Однако из показаний заместителя главного инженера 2-й очереди ЧАЭС на чернобыльском суде в июле 1987 г.

следовало, что во время проведения электротехнических испытаний

"все расходы были более 5000 м3/ч.

Нет никаких оснований говорить о том, что это могло привести к гидравлической неустойчивости" [3].

Вышеупомянутая величина расхода воды через ГЦН в 5000 м3/ч была названа не случайно.

При таком расходе воды (или меньшем) включается одна из аварийных защит по расходу воды,

которая автоматически отключает электропитание ГЦН.

После этого они останавливаются в штатном режиме (для справки - регламентным считался расход до 7000 м3/ч [4]).

Правда, следствием было установлено, что в аварийную ночь расходы по отдельным ГЦН могли достигать 7500 м3/ч,
что, в принципе, является нарушением регламента, но несущественным в данном случае.

Вышеприведенные свидетельские показания, данные под присягой,

подтвердили более ранние выводы разработчиков ГЦН, тщательно проанализировавших уже в конце мая 1986 г.

теплогидравлические режимы работы ГЦН.

В процессе такого анализа было установлено, что "наименьший запас до кавитации ГЦН имел место в 01 час 23 мин 00 сек,

т.е. приблизительно за 40 сек до разгона реактора,
но был выше того, при котором мог бы произойти срыв ГЦН"

и что "выбегающие и невыбегающие насосы сохранили устойчивую подачу, включая момент разгона и разрушения реактора" [1].

Вышеуказанные доводы позволяют принять как доказанные следующие факты:
кавитация в аварийную ночь при реальных расходах воды не возникала;

ГЦН работали устойчиво до момента разрушения реактора

Экстраординарное событие на 4-м блоке

Из данных осциллограмм [5] известно, что в 1 ч 23 мин 40 с

Произошло отключение электропитания ГЦН № 13, 23, 14 и 24, т.е. тех, которые непосредственно участвовали в электротехнических испытаниях.

А через 3 с (по ДРЕГ) на 4-м блоке произошло вообще необъяснимое событие

- отключение электропитания ГЦН № 11, 21, 12 и 22 [5]. Т. е. в этот момент времени отключились уже основные ГЦН,

которые в электротехнических испытаниях не участвовали и были подключены к источнику надёжного электропитания.


Согласно официальной хронологии, основанной на данных распечаток ДРЕГ,

аварийный разгон реактора 4-го блока начался
в 1 ч 23 мин 43 с, а разрушение реактора произошло в 1 час 23 мин 50 сек [5-7]

. Поэтому ещё в 1986 г. возникла весьма соблазнительная, на первый взгляд, версия,

предполагавшая, что реактор взорвался именно из-за отключения ГЦН.


Однако вышеуказанные результаты анализа полностью ее отклонили.

И это естественно, ибо ГЦН реактора РБМК-1000 из-за целенаправленно увеличенной массы
обладают довольно большой инерционностью,

которая позволяет им даже после отключения электропитания в течение свыше десятка секунд
гнать за счет инерции охлаждающую воду через активную зону реактора в достаточном количестве.


Для иллюстрации можно привести такие данные:

в аварийную ночь после начала электротехнических испытаний в 1 ч 23 мин 04 с ГЦН в течение 36
с снизили суммарный расход воды всего на 10 - 15 % [1].

Таким образом, до момента разрушения реактора расход воды через ГЦН не уменьшился до критической величины 5000 м3/ч.

Это можно считать доказанным фактом.

Именно поэтому защита по расходу воды не отключала ГЦН, и все подозрения на их работу в аварийную ночь как на возможное исходное событие Чернобыльской аварии можно считать необоснованными.

С другой стороны, хорошо известно, что персонал тоже не отключал электропитание ГЦН.

И если отключение ГЦН № 13, 23, 14 и 24, работавших от "выбегающего" ТГ-8,
еще как-то с натяжкой можно было бы объяснить уменьшением напряжения
из-за слишком быстрого снижения его оборотов,

то подобное объяснение никак не подходит к отключению основных ГЦН № 11, 21, 12 и 22,

ведь они были подключены к источнику надёжного питания - резервному трансформатору.


Из официальной хронологии видно, что данные распечаток ДРЕГ на этом участке временной шкалы сдвинуты относительно данных телетайпа на 2 с позднее [5].


Если теперь вычесть эти 2 с, то получим, что отключение электропитания основных
ГЦН № 11, 21, 12 и 22 произошло на самом деле в 1 ч 23 мин 41 с

Таким образом, в период 1 ч 23 мин 40 - 41 с на 4-м блоке ЧАЭС произошло экстраординарное событие
- массовое и практически одновременное отключение электропитания сразу всех восьми ГЦН. И это официально установленный факт.


Однако ни одна официальная комиссия, ни один автор не смогли дать естественного объяснения такому экстраординарному для ЧАЭС факту.

Более того, этот факт нигде не анализируется, в основных официальных документах (1986 г. [6,7], 1991 г. [8], 1996 г. [1], 2001 г. [9] INSAG 1 - 7) вообще не упоминается.

И лишь вскользь был приведен в работе [5], да и то не в тексте, а на рисунке.

Полное отсутствие внимания к такому экстраординарному для любой АЭС событию трудно объяснить при изучении причин запроектной аварии на ЧАЭС.

А многие исследователи ее причин об этом факте вообще не знают.

Скорее всего, столь явное игнорирование этого факта связано с тем, что

он никак не может быть объяснен в рамках всех более ранних версий как официальных, так и неофициальных.

Но экстраординарный факт на АЭС может быть следствием только какого-то экстраординарного события.

Тем не менее, на такое событие не указывают материалы ни одного исследователя.


И только предложенная ранее автором реалистическая хронология аварийных событий последней минуты перед аварией [9-11] позволяет естественно объяснить этот явно экстраординарный факт.

Само объяснение простое
- второй, уже настоящий взрыв водородно-воздушной смеси [12], произошедший в центральном зале реактора в 1 ч 23 мин 39 с ( 1 сек) и сразу разрушивший многие помещения реакторного отделения,

в каком-то месте перебил кабели электропитания всех ГЦН одновременно.

Поэтому их отключение и произошло практически одновременно, сразу же после 1 ч 23 мин 39 с.

Реалистическая хронология последней минуты

Таким образом, этот экстраординарный факт является дополнительным и независимым доказательством справедливости нашей версии,

из которой вытекает реалистическая хронология последней минуты перед аварией.

Ниже приводится краткое изложение ее основных событий с учётом материалов предыдущих публикаций [9-11]:


1 ч 23 мин 04 с - начало электротехнических испытаний;
1 ч 23 мин 10 - 15 с - начало неуправляемой цепной реакции;
1 ч 23 мин 20 - 30 с - "первый взрыв", разрушение реактора перегретым паром;
1 ч 23 мин 39 с (±1 с) - "второй взрыв", разрушение здания реактора, перебиты кабели электропитания ГЦН;
1 ч 23 мин 39 с (±0,5 с) - первое нажатие кнопки АЗ-5;
1 ч 23 мин 40 с (±0,5 с) - отключение электропитания ГЦН № 13, 23, 14, 24;
1 ч 23 мин 41 с (±0,5 с) - отключение электропитания ГЦН № 11, 21, 12, 22;
1 ч 23 мин 41 с (±0,5 с) - отключение телетайпа;
1 ч 23 мин 41 с (±0,5 с) - отключение осциллограмм;
1 ч 23 мин 41 с (±0,5 с) - появление аварийных сигналов АЗМ, АЗС, АС по всем УЗМ;
1 ч 23 мин 41 с (±0,5 с) - второе нажатие кнопки АЗ-5.


В качестве дополнительного доказательства правильности этой хронологии приведем показания,
данные под присягой главным свидетелем и главным обвиняемым одновременно на чернобыльском суде

- заместителем главного инженера 2-й очереди ЧАЭС:

"При включении ГЦН изменений реактивности не было. Отключения ГЦН не было.
Они отключились уже на разрушенном реакторе" [3].


Автор специально выделил последнюю фразу, которая так красноречиво указывает на то, что в момент отключения ГЦН, т.е. в 1 ч 23 мин 40 - 41 с, реактор уже был разрушен.

Это находится в точном соответствии с предложенной ранее реалистической хронологией последней минуты перед взрывом [9-11] .

Интересно отметить, что во всех проанализированных официальных и неофициальных источниках, в данных сейсмограмм,
телетайпограмм, осциллограмм, ДРЕГ,

а также в показаниях и воспоминаниях свидетелей нет и намека на то, что "второй взрыв" на реакторе 4-го блока произошёл на самом деле в 1 ч 23 мин 39 с ( 1 с).

Но если данные всех этих документов проанализировать совместно, что и было проделано в [9-11],
то справедливость такого вывода становится очевидной.

Следствия

Из реалистической хронологии следуют, в частности, три важных факта:

кнопка АЗ-5 на самом деле нажималась уже после "первого взрыва",
разрушившего активную зону реактора;


момент первого ее нажатия практически совпал со вторым,
уже настоящим взрывом воздушно-водородной смеси, который разрушил здание реакторного отделения
и перебил кабели электропитания ГЦН;

данные распечаток ДРЕГ неадекватно описывают процесс аварии;


непосредственно к аварии привели непрофессиональные действия персонала,
который, скорее всего, увлёкшись проведением электротехнического эксперимента,

сначала "просмотрел" начало неуправляемой цепной реакции в реакторе,

а затем "задержался" с введением защиты,

что и позволило реактору перейти на мгновенные нейтроны [11].

Из этих фактов автоматически последовали три научно и общественно важных вывода:

наличие графитовых вытеснителей воды в конструкции стержней СУЗ,

"вытеснение" нейтронных полей в нижнюю часть активной зоны, а также положительный коэффициент реактивности по пару к истинным причинам аварии не имеют никакого отношения;

материалы и выводы всех официальных комиссий (1986, 1991, 1995 и 2001 гг., а также INSAG 1 - 7), основанные на данных распечаток ДРЕГ и предположении о движении стержней СУЗ в активную зону реактора после нажатия кнопки АЗ-5, неадекватно описывают процесс аварии;

стала очевидной необходимость официального пересмотра причин Чернобыльской аварии на международном уровне в связи с выяснением новых обстоятельств.


Причины заблуждений

Главным источником многолетних заблуждений всех исследователей явилось, на взгляд автора,

их некритическое отношение а, во многих случаях, просто слепое доверие к опубликованным официальным документам по Чернобыльской аварии
и копиям аварийных документов.

Хотя независимым исследователям Чернобыльской аварии просто необходимо постоянно помнить,
что она с самого начала была сильно заполитизирована.

Поэтому при опубликовании материалов и выводов все очередные официальные комиссии не могли не учитывать, мягко выражаясь, политические установки того времени,

когда они работали, и последствия таких публикаций.

По мнению автора, именно это обстоятельство и обусловило появление отдельных, нередко принципиальных ошибок в материалах
и выводах этих комиссий.

При этом автор нисколько не сомневается в высочайшей квалификации членов комиссии 1986 г.

Здесь не обсуждаются результаты работ отдельных авторов, доверчивость которых в вопросах, связанных с Чернобыльской аварией, просто удивляет, судя по их публикациям в СМИ и Интернете.

Однако автор при этом нисколько не повергает сомнению искренность многих из них.

Просто плохая информированность и многолетняя дезинформация общественности со стороны заинтересованных лиц порождает эти заблуждения.

Из-за этого, например,
практически все исследователи воспринимают распечатку ДРЕГ как документ, адекватно описывающий процесс аварии, и на этом восприятии строят свои версии.

И хотя для этого есть внешние основания, на самом же деле такое восприятие неправильно.

Распечатка ДРЕГ - это бумажная лента, на которую в процессе работы реактора записываются моменты времени и соответствующие им события.

Внешне выглядит она весьма подкупающе, и любой несведущий исследователь, только посмотрев на неё,

сразу решит, что на ней напечатаны события и моменты времени, когда они произошли.

Решит так и: грубо ошибётся.

Ибо, время, указанное на этой распечатке, - это не момент события, а момент записи информации о данном событии в магнитный буфер.

Такова особенность работы этого регистратора. А само событие произошло раньше.

Сдвиг во времени между событием и его регистрацией на распечатке ДРЕГ возникает из-за

2-х секундного цикла опроса показаний приборов и самой низкой, 7-й, приоритетности
этих записей.

Величина сдвига согласно данным НИКИЭТ составляет минимум 2 секунды,
а максимум 4 секунды [13] при нормальной работе системы управления.

Во время Чернобыльской аварии этот сдвиг, по мнению автора, составил примерно 3 секунды.

И здесь важно отметить, что даже если принять величину этого сдвига минимальной, т.е. в 2 секунды,

то все официальные и неофициальные версии, основанные на предположении о движении стержней после нажатия кнопки АЗ-5, автоматически становятся ошибочными.

Ибо тогда время предполагаемого движения управляющих стержней в активную зону реактора
составит максимум 2 секунды.

За это время при штатной скорости их движения от верхних концевиков 41 см/сек и расстоянии от их нижнего конца до верхней части активной зоны 20 см [6,7]
они смогут погрузиться в активную зону на глубину
не более 62 см.

А десятилетние исследования специалистов по реактору РБМК-1000 ясно показали, что

"при перемещении стержней СУЗ до 60 см SPSE отрицателен"
[13].

Поэтому предполагаемое движение стержней в активную зону реактора,
даже если бы оно и состоялось, в условиях Чернобыльской аварии в принципе не могло спровоцировать разгон реактора.


А раз так, то следует искать другие процессы, вызвавшие неконтролируемый рост его мощности.

Однако это обстоятельство явилось не единственным источником заблуждений.

Расскажем теперь о другом, гораздо более фундаментальном.

Но прежде было бы естественно спросить,

если первое обстоятельство уже стало известным исследователям, то чем объяснить столь долгие заблуждения многочисленных исследователей причин Чернобыльской аварии?

Ведь их изучением занимались не только всякого рода дилетанты и проходимцы (с ними все ясно),

но и самые серьезные ученые-атомщики, которым это обстоятельство стало известно раньше всех.

Ответ на этот весьма и весьма болезненный вопрос содержится, на взгляд автора,
в материалах бывшего следователя Генеральной прокуратуры Украины С. Янковского:

"Мне довелось быть участником этого расследования с первых часов после аварии до направления уголовного дела в суд.

Это уникальное по своему документальному содержанию уголовное дело, состоящее из 57 томов следственных документов и многих приложений,

доселе лежит мертвым грузом в архиве Верховного суда России.

Многие из приложений до сих пор сильно "фонят", но зато заключают в себе убийственную по доказательственной силе информацию.

Уверен, что о большинстве документальных данных многие в Украине даже не слышали.

Дело-то было совершенно секретным, а первичные документы мы изъяли на станции незамедлительно,
и к вечеру 28 апреля 1986 года они были уже в Москве.


То, что потом изучали многочисленные специалисты, было в основном какими-то урезанными копиями
или вообще фальсификатом" [14].

Яснее, чем последняя фраза, не скажешь.

А более подробно об официально зарегистрированных официальными инстанциями фактах фальсификаций аварийных документов можно познакомиться в статье автора

"Кто "замыливает" правду о причинах чернобыльской аварии?", ранее размещённой на этом же сайте.

Можно, конечно, поинтересоваться,
а как же теперь относиться к данным распечатки ДРЕГ, приводимых в официальных документах после 1 ч 23 мин 43 с,

они же противоречат вышеуказанной хронологии?

Учитывая результаты проведённого автором анализа, а также материалы С. Янковского,
лучшее, что можно с ними сделать,

- это отправить в разряд очень сомнительных данных.

Ведь они не подтверждаются другими аварийными документами, противоречат показаниям свидетелей

и, самое главное, прямо противоречат законам физики реакторов.

По этим причинам их происхождение требует очень тщательной и независимой проверки.

А строить какие-либо версии причин Чернобыльской аварии, основываясь на таких весьма сомнительных данных, с научной точки зрения было бы весьма легковерно.

Список литературы:

[1] Доклад Правительственной комиссии "Причины и обстоятельства аварии 26 апреля 1986 г. на блоке 4 Чернобыльской АЭС. Действия по управлению аварией и ослаблению её последствий" (Обобщение выводов и результатов работ международных и отечественных учреждений и организаций) под рук. А. Е. Смышляева Держкоматомнагляд України. Рег. № 995Б1.

[2] Интервью Н.А. Доллежаля.//Известия.- 1999 г.-27 октября

[3] Карпан Н.В. Чернобыльский суд. Очерк по материалам суда над работниками ЧАЭС 7.07 - 29.07.1987. /Киев, 2001/. (Интернет-издание).

[4] Типовой технологический регламент по эксплуатации блоков АЭС с ректором РБМК-1000. (Отчёт № 33/262982 от 28.09.1982 г.)/НИКИЭТ. Москва,1982.

[5] См., например, A. A. Abagyan, E.O. Adamov, E.V.Burlakov et. al. "Chernobyl accident causes: overview of studies over the decade", IAEA International conferens "One decade after Chernobyl: nuclear safety aspects", Vienna,/1 - 3 april, 1996, IAEA-J4-TC972, p.46 - 65.

[6] Авария на Чернобыльской АЭС и её последствия: Информация ГК АЭ СССР, подготовленная для совещания в МАГАТЭ (Вена, 25 - 29 авг. 1986 г.)

[7] Информация об аварии на Чернобыльской АЭС и её последствиях, подготовленная для МАГАТЭ.//Атомная Энергия. Т. 61, вып. 5, ноябрь 1986.

[8] О причинах и обстоятельствах аварии на 4 блоке ЧАЭС 26 апреля 1986 г.// Докл. ГПАН СССР. Москва, 1991.

[9] Пятнадцать лет Чернобыльской катастрофы. Опыт преодоления.//Материалы Междунар. Конф.. Киев, Украина, 18 - 20 апреля 2001 г.. CD. Чорнобиль_нформ, 2001.

[10] Горбачёв Б.И. Причины Чернобыльской аварии: окончательный выбор между двумя версиями. "Проблеми Чорнобиля", вип. 10, ч. 1. 2002.

[11] Gorbachev Boris I. The Causes and Scenario of the Chernobyl Accident, and Radioactive Release on the CHNPP unit-4 Site//Collection of the reports "Recent Research Activities about the Chernobyl NPP Accident in Belarus, Ukraine and Russia".-Edited by Imanaka T., Research Reactor Institute, Kyoto University, July 2002.

[12] Пазухин Э.М. Взрыв водородно-воздушной смеси как возможная причина разрушения центрального зала 4-го блока Чернобыльской АЭС во время аварии 26 апреля 1986 г.// Радиохимия. Т. 39, вып. 4. 1997.

[13] Ионов А.И., Никитин Ю.М., Новосельский О.Ю., Подлазов Л.Н., Черкашов Ю.М., Чечеров К.П 10-летний период в исследовании Чернобыльской аварии /аналитический обзор/. Препринт НИКИЭТ, -М., НИКИЭТ, ЕТ-97,36,1997

[14] Янковский С. Правда о Чернобыле лежит:в Москве.//Зеркало недели.-2003. № 16 (441), 26 апр. - 7 мая.


Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Вт Май 10, 2016 10:40 pm    Заголовок сообщения: Хронология событий взята из распечаток ДРЕГ СЦК "СКАЛА& Ответить с цитатой

Source URL: https://vk.com/chernobyl_accident

Чернобыльская АЭС - техническая сторона
Хронограф


Хронология событий взята из распечаток ДРЕГ СЦК "СКАЛА", оперативного журнала БЩУ-4, выписок из журналов СИУРа, СИУТа, СИУБа, НСС.

26.04.1986.
Смена Акимова А.Ф. (с 0.00 до 8.00)
________________________________

Испытания.
________________________________
1.23.04 - выбиты ЗУ ТГ- 8, начало испытания выбега ТГ- 8 на СН.

1.23.6,5 - нажата внештатная кнопка МПА, секция 8РНА отключилась от 8РА, включился блока выбега ТГ- 8, начался разворот дизель-генератора 2ДГ- 6.

1.23.19,1 - включение первой ступени нагрузки ДГ.

1.23.24,4 - включение второй ступени нагрузки ДГ.

1.23.29,6 - включение третьей ступени нагрузки ДГ.

1.23.34,8 - включение четвертой ступени нагрузки ДГ.

1.23.30 - стержни 1АР дошли вниз до НК, включился АР-2 для компенсации роста мощности реактора.
________________________________

Нажатие АЗ-5, разрушение блока.
________________________________
1.23.39-40 - АЗ-5, стержни шли в зону в течение 9 -10 сек. Внесение отрицательной реактивности величиной минус 5 ст. РР в течение 1-й секунды. Выдавливание максимума Кz вниз. Появление сигналов автоматики, сопровождающих работу АЗ-5: "Регулятор П1-1332 подключен при АЗ", "Регулятор П2-1332 подключен при АЗ", "Разгрузка ТГ при АЗ-5", "Отключение АР по неисправности".

1.23.40 - появление сигнала "Неготовность АЗ" - стержни АЗ сошли с ВК и начали погружение в активную зону.

1.23.40-41 - внесение положительной реактивности в размере +8 ст. РР движущимися вниз стержнями СУЗ в течение 2-й и 3-й сек. (концевой эффект вытеснителей).

1.23.41 - отключение ГЦН - 14, 13, 24, 23 (регистрация сигнала АЗ-1 телетайпом «Скалы» по факту отключения 2-х из 4-х ГЦН в каждой насосной).

1.23.42 - появление аварийных сигналов по скорости нарастания мощности реактора и по превышению мощности; начало локального разгона на тепловых нейтронах в 3-м квадранте реактора, с периодом удвоения мощности около 0,8 с.

1.23.43 - появление сигналов АЗМ и АЗСР о снижении периода разгона в основном диапазоне и превышения мощности в основном диапазоне.

1.23.43-44 - Появление сигналов "Превышение N аварийной 1УЗМ-1, 1УЗМ-2, 1УЗМ-3, 1УЗМ-4 и 2УЗМ-1, 2УЗМ-2, 2УЗМ-3, 2УЗМ-4", все восемь УЗМ дают вертикальную линию на ленте мощности. Появление сигналов "Неисправен 1УЗМ-1, 1УЗМ-2, 1УЗМ-3, 1УЗМ-4 и 2УЗМ-1, 2УЗМ-2, 2УЗМ-3, 2УЗМ-4".

1.23.44-45 - рост давления в БС, закрытие обратных клапанов на выбегающих ГЦН, возникновение кавитационного режима, проявление мощных гидроударов, вибраций оборудования и конструкций.

1.23.45-46 - снижение расходов на «выбегающих» ГЦН до нуля, срыв расходов на «невыбегающих» ГЦН; вскипание теплоносителя в объеме активной зоны, сопровождающееся ростом давления в КМПЦ с открытием БРУ-К и ГПК; закрытие обратных клапанов (ОК) на РГК (на каждой половине реактора 22 ОК). Паровая фаза в ТК пока еще является демпфером для ударных волн.

1.23.46-47 - выпадение сигнала "Неисправность измерит. части АР-1", "Неисправность измерит. части АР-2" - стержни АР-1 и АР-2 вышли на НК.

1.23.47 и далее - Гидроудары в КМПЦ. В это время, возможно, была разрушена баллонная САОР, в районе отсечной арматуры которой могла проявиться энергия гидроударов. Выпадение сигнала "Срабатывание БРУ-К1". Снятие сигнала "Разгрузка ТГ при АЗ-5". Выпадение сигнала "Превышение давления БС правый", "Превышение давления БС левый" - рост давления в КМПЦ.

1.23.48 - выпадение сигнала "Превышение давления в РП" - отрыв сх. «Е» с компенсаторов, разрушение ТК, разрушение ЦЗ. Выпадение сигналов "Неисправность исполнит. части АР-1", "Неисправность исполнит. части АР-2" - стержни СУЗ прекратили движение.

1.23.49 - отключение рабочего и резервного трансформаторов, потеря СН блока. Выпадение сигнала "Нет напряжения 48 В на СШ1". Снятие сигналов "Превышение давления БС правый", "Превышение давления БС левый", "Неисправен 1УЗМ-1, 1УЗМ-2, 1УЗМ-3, 1УЗМ-4 и 2УЗМ-1, 2УЗМ-2, 2УЗМ-3, 2УЗМ-4".

1.24. Запись в журнале: "Сильные удары со стороны ЦЗ. Выведен ключ питания СУЗ. НСБ Акимов".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Вт Май 10, 2016 10:42 pm    Заголовок сообщения: Говорят участники событий. Как это было? Ответить с цитатой

Source URL: https://vk.com/chernobyl_accident

Говорят участники событий. Как это было?

Как это было? 26-е апреля.
___
Письмо из мест лишения свободы. Дятлов - Щербаку
___
«И вдруг Перевозченко вздрогнул.
Начались сильные и частые гидроудары,

350-килограммовые кубики – у них есть ещё проектное название – „сборка одиннадцать“

– стали подпрыгивать и опускаться на головки каналов, будто тысяча семьсот человек стали подбрасывать свои шапки.

Вся поверхность пятачка ожила, заходила ходуном в дикой пляске.

Вздрагивали и прогибались короба биозащиты вокруг реактора. Это означало, что хлопки гремучей смеси уже происходили под ними…» (стр. 33).

Ну, кубики «сборки одиннадцать» только 50-килограммовые, да это неважно.

Красиво излагает Г. Медведев.
Мужиков заставил прыгать и шапки подбрасывать.
Богатая фантазия. Только технически это немыслимо.
Опять – слышал звон да не знает, где он.
Это про водород Г. Медведев рассказывает.

И по времени не получится.

01 ч 23 мин 40 с, мощность 200 МВт, параметры стабильны.
Тут нет фантазии – регистрация системы контроля.
Ничего быть не может.

В 43 с выпали сигналы превышения мощности и уменьшения периода разгона реактора.

Тоже ещё ничего быть не может, так как мощность всего 520 МВт. Но здесь уже неясности и примем за начало пляски.

В 47 с уже взрыв.
Так вот, за четыре секунды с балкона на 50-ой отметке из центрального зала не выбраться ни при какой экстремальной ситуации.

Нет там винтовой лестницы, спутал автор первую очередь со второй.

Когда, ещё будучи в каталажке,
я прочитал повесть, то для уточнения написал несколько писем очевидцам.

Саша Ювченко, старший инженер-механик (СИМ) реакторного цеха, по этому поводу написал:

«С начала смены и практически до самого взрыва мы с В.И. Перевозченко были вместе.

Сначала на БЩУ-3,
затем у ГЦН-щиков третьего блока, а затем у меня в СИМ-овской.

И оттуда собирались идти к Ходемчуку на IV блок
(в помещение 435).

Но его неожиданно срочно вызвали на БЩУ-IV и он ушёл,
сказав, чтобы я его ждал на месте и один не ходил.

И после его ухода (через 1 …2 мин) раздался первый удар,
а затем взрыв.

Так что он не мог успеть побывать в зале и наблюдать то, что описывает Г. Медведев.
Он ни разу об этом не рассказывал».

Я тоже подтверждаю: Перевозченко перед самым началом выбега пришёл на БЩУ четвёртого блока.

Никто такого рассказа от Перевозченко не слыхал.
Может Г. Медведев по наитию свыше даёт «документальную картину?».

«Таким образом, если верить машине,
в верхней трети активной зоны образовался как бы приплюснутый шар области высокого энерговыделения диаметром около семи метров и высотой до трёх метров,

именно в этой части активной зоны (её вес около пятидесяти тонн)

и происходил прежде всего разгон на мгновенных нейтронах, именно здесь произошёл кризис теплоотдачи,

произошло разрушение, расплавление, а затем и испарение ядерного топлива.

Именно эту часть активной зоны выбросило взрывом гремучей смеси в атмосферу на большую высоту».

Машине почти всегда, в отличие от людей, надо верить,

она не подвержена конъюнктурным соображениям.

Но разрушение всё же началось с нижней части активной зоны, это факт общепризнанный.

После начала движения стержней в активную зону в верхнюю её часть входят поглотители и уменьшают нейтронное поле, в нижней части зоны

столбы воды в каналах СУЗ замещаются вытеснителями, слабее, чем вода,
поглощающими нейтроны; вносится положительная реактивность и именно в нижней части начался бурный рост мощности,
там зона прежде всего и разрушилась".

Удивительно осмелели люди, безответственные заявления по вопросам, в которых «ни уха, ни рыла», идут косяком.

Пока не создана достоверная картина взрыва реактора, говорить о количестве выброшенного топлива можно только по мониторингу загрязнения территории
и по измерениям внутри помещений блока.
И, конечно, при свободе науки от идеологического пресса.

В любом случае ссылки на повесть Г. Медведева
по количеству выброшенных продуктов, уже появившиеся в печати, неправомерны.

У автора явно искажённые представления о картине взрыва, а из неверных предпосылок, сами понимаете, верных выводов сделать нельзя...

... Хотя и предположительно, но Медведев отказывает Дятлову в способности оценки ситуации.

На каком основании? А ни на каком.

В оперативной работе он меня не видел.
И 26 апреля никаких драматических решений не надо было принимать.

Мы поступали согласно действующим на то время эксплуатационным документам.

Трагедия в том, что катастрофа произошла в самой будничной обстановке.

Наши действия надо оценивать по существовавшим на 26 апреля положениям, а не с колокольни теперешних.

До такого абсурда, что нельзя бросать А3, додуматься я не мог, уже говорил об этом.

Да и распечатки положения стержней на 01 ч 22 мин 30 с, о которой Медведев говорит на стр. 31, не было,
тоже говорил ранее.

Работавшие со мной говорят другое – осторожен.
Неуважения к технологическому регламенту… хоть отбавляй?
Откуда взял Медведев?

В Обвинительном заключении тоже было.
Но я сам операций никаких не производил, делал всё через начальников смен блоков или станции.

Поэтому скрыть что-либо не мог. В суде я специально свидетелям этим задавал вопросы – все ответили отрицательно.

В конце концов судья сказал, что я задаю странные вопросы, не для нарушений же я находился на станции.

Не было этого и в предварительных свидетельских показаниях. Не было этого и 26 апреля.

Так что, как прокурор, так и доморощенный прокурор
Г. Медведев неправы.

Неуважения к операторам хоть отбавляй! На каком основании такое заявление?..

...Сам и своим существованием опровергаю сообщение Г. Медведева о мощности дозы в районе 4-го блока,
равной 15…20тыс. Р.

Я дважды ходил по территории около блока, пробыл, наверное, минут 20…30 и на блоке сколько был в разных местах.

Мне определили дозу 550 бэр. Больше и нет – не жил бы.

Вообще заметна любовь автора к хлёсткости, гиперболе.

Толе Ситникову определяет дозу в 2 000 бэр, как будто смерть от 500…600 бэр – не трагедия.

Теперь давайте взглянем на «Чернобыльскую тетрадь» целиком.

Что автор в ней сказал?
Всё то же, что и комиссии, – виновен во взрыве оперативный персонал и его руководитель Дятлов.

Не согласны?
Ну да, он говорит и о недостатках реактора.

Но это так, для отвода глаз.

Сейчас разве можно реактор РБМК и его создателей защищать без признания кое-чего у реактора.

Однако автором повести это так вывернуто, что всё равно виновен оперативный персонал.

Дятлов виновен даже в том, что не догадался об опасности сброса А3.

Ни одна комиссия, даже прокурор в этом не обвиняют, понимая несуразицу,
а Г. Медведев считает по-своему.
Оказывается, можно и так мыслить.
Ну, о Дятлове мы уже говорили, хватит.

Оператор реактора Л. Топтунов
молодой, ему ещё, видите ли, «не вошли в плоть и кровь каноны эксплуатации реакторов», а потому…

А что потому?
Что, какие нарушения допустил Л. Топтунов?

Не по Медведеву. Фактически. Провалил мощность?

Так это произошло из-за неисправного регулятора, на который он перешёл.

Пускай бы и по низкой квалификации или даже по тривиальному ротозейству.

Судебное дело по снижению мощности оператором возбуждать?
И ведь возбудили.

Поднимал мощность реактора после провала по Регламенту, не вопреки.

Просмотрел запас реактивности?
Наверное. Так был ли он обеспечен, согласно закону, необходимыми средствами для наблюдения за параметром?
Нет. Уж не говорю об отсутствии А3 согласно закону.

Устройство для замера параметра совершенно непригодно в переходном процессе,
который был 26 апреля, как и во многих других нормальных регламентных процессах.

Так вот. Это по закону.

О человеческих понятиях и не говорю – они Медведевым чужды.

Другим напомню. Более тысячи манипуляций в час оператор совершает при управлении реактором
и более 4 000 параметров имеет на контроле.

И его обвинять в просмотре параметра, не имеющего ни прибора измерительного, ни сигнализации?

Акимов Александр
– не работал на реакторах, видите ли.

Работал, хотя и недолго, при подготовке на должность.

И ещё, уже будучи начальником смены блока, незадолго до аварии.
Была возможность и я дал ему месяц поработать.

А что он нарушил?

Защиту вывел, а у другой изменил уставку – согласно эксплуатационным документам.

«Характера не хватило. Скрепя сердцем подчинился» Никто на него не давил, и он ничего не нарушал.

Смотрите, как печатает Г. Медведев:

«Суммарный расход воды через реактор возрос до 60 тыс. м 3 /ч при норме 45 тыс.,
что является грубым нарушением регламента эксплуатации».

Всё чётко в цифрах, со ссылкой на Регламент.
И всё блеф:
– не 60 тыс., а 56, не больше;

– не 45 тыс., а 48;
– в момент нажатия кнопки и было 48 тыс.;

– не только в Регламенте, но и ни в одном другом документе нет и намёка на ограничение расхода теплоносителя по максимуму.

Зачем, по чьему заказу Григорий Иустинович Медведев ко всей лжи на оперативный персонал добавляет ещё и свою?

А квинтэссенция повести в следующей фразе:

«И всё же справедливости ради надо сказать, что смертный приговор был предопределён в некоторой степени и самой конструкцией РБМК.

Нужно было только обеспечить стечение обстоятельств, при котором возможен взрыв.

И это было сделано» (подчёркнуто мной – А.Д.).

Я уже говорил, что нельзя реактор и его создателей защищать, не признавая за ним «недостатков».

– «Справедливости ради» – это камуфляж. Никакой справедливости нет в этом утверждении.

– Давайте посмотрим «в некоторой степени» внимательно.
В некоторой степени все признают, кроме академика А.П. Александрова.
Ну, трижды Герою можно.

Первое.
Ректор РБМК-86 не отвечал требованиям тридцати двух пунктов нормативных документов, из них пятнадцать, как указано в докладе комиссии Н.А. Штейнберга,

имели прямое отношение к аварии 26 апреля.

В нормативных документах нет избыточных требований, т.к. выполнение каждого из них может стоить больших средств.

Но зато выполнение каждого требования обязательно.
Здесь же не выполнено пятнадцать.

Второе.
Реактор из-за положительного мощностного коэффициента был динамически неустойчив,
а из-за дефектной конструкции стержней СУЗ А3 вносила положительную реактивность.

Больше для взрыва ничего и не нужно. Именно поэтому он и взорвался 26 апреля.

И если это – «в некоторой степени», то как будет целиком и полностью?

А вот обвинять персонал во взрыве реактора даже «в некоторой степени» несправедливо.


Наши действия были в согласии с эксплуатационной документацией,

единственное возможное нарушение в просмотре запаса реактивности
есть следствие нарушения ПБЯ в части оснащения реактора автоматикой, сигнализацией и приборами.

Тому реактору для взрыва никакого стечения обстоятельств не требовалось.

Он взрывался ещё в ряде ситуаций.

Не критиковать власть предержащих у нас теперь не модно.

Но у Г. Медведева как-то так получается, что вся критика парируется элементарно.

Так произошло с критикой ведомств по согласованию программы выбега
– они совершенно правдиво скажут, что не видели эту программу.


Так произошло с количеством выброшенных продуктов деления из реактора
– доказательный отчёт теперь уже с десятками тысяч измерений, конечно же, перетянет умозрительные заключения.

Так произошло с утверждением, что Б.Е. Щербина и Ю.А. Израэль на пресс-конференции 6 мая 1986 г. заявили:

радиоактивность в районе четвёртого энергоблока составляет всего 25 мР/ч. Говорили они другое.


Критиковать и Щербину, и Израэля, и ведомства есть за что, обоснованно критиковать,
но Г. Медведев этого вовсе не собирался делать.

Да это видно и из его жизненной позиции.

На протяжении всей повести сквозит его причастность к сильным мира сего.

Посмотрите, он всё с генералами, министрами, всё инструктирует.

И курьеры, курьеры, курьеры!
На самом деле не так, ну, да желание уж больно сильно принадлежать к сонму великих.

Выход за очерченный круг чреват по меньшей мере неопределённостью.

А так всё в порядке. Поддержал, и с перебором, правительственную версию.
Лояльный человек.

Непонятно, что имел в виду Б. Куркин,
говоря, что для публикации «Чернобыльской тетради» автору нужно было проявить мужество.

Какое тут нужно мужество? Добавил клеветы на погибших и сидящих в заключении. Смелый человек!

А кого же тогда хамом называть? Клеветником?

По поводу предисловия Андрея Дмитриевича Сахарова к «Чернобыльской тетради» могу только с горечью сказать:

видимо, никогда порядочный человек не научится распознавать многоликую подлость".
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Вт Май 10, 2016 11:39 pm    Заголовок сообщения: Неопубликованная статья -Анатолий Дятлов Ответить с цитатой

Source URL: https://vk.com/chernobyl_accident

"Ещё о Чернобыле" (неопубликованная статья на русском)". Анатолий Дятлов
___
Группа экспертов МАГАТЭ в 1986 г. выпустила доклад ИНСАГ-1 о причинах катастрофы на ЧАЭС
и через семь лет вышел их откорректированный доклад ИНСАГ-7.

Семь лет - срок достаточный для изучения многих исследований и составления собственного мнения.

По выходу ИНСАГ-7 в журнале "Nuclear Engineering" напечатана Статья господина Д. Вэлли

"Кто виноват в Чернобыльской аварии
- зрелые размышления Международной Консультативной Группы по ядерной безопасности"

Попробуем оценить зрелость размышления экспертов

---

5. Еще замечания по докладу ИНСАГ-7
_____

5.1. Доклад, п. 4.1. "Аварийный останов реактора перед резким скачком мощности,
приведшим к разрушению реактора, безусловно, мог явиться решающим фактором, способствующим этому".
_____

То есть, эксперты говорят, что должен был произойти скачок мощности реактора
и персонал то ли предвидел это, то ли случайно перед скачком сбросил защиту, чем ускорил или даже предопределил катастрофу.

Это новое.

Почему эксперты не высказали причины предстоящего скачка мощности, хотя бы предположительно?

Ни одна комиссия причин не нашла.

Автор статьи, как очевидец, утверждает: кнопка защиты нажата в спокойной обстановке.

Есть также свидетельства очевидцев Г. Метленко и А. Кухаря. В Приложении I, п. 1-4.9., к ИНСАГ-7 сказано, что комиссия не нашла причин сброса A3. Причина сброса защиты одна - желание остановить реактор по окончании работы. Сброс защиты не "способствовал" разрушению реактора, а вызвал его.

_____

5.2. Доклад, п. 4.1.

"Разрушение топливного канала явилось бы причиной резкого локального возрастания паросодержания
вследствие превращения в пар теплоносителя; это привело бы к локальному росту реактивности,
который вызвал бы появление распространяющегося эффекта реактивности".
_____

"Ловушек" для персонала тот реактор имел много
более, чем эксперты назвали.

Разрыв канала (одного, двух) к ним не относится.

При разрыве канала количество воды в зоне увеличится и не имеет значения - в виде пара или жидкости.

Кроме того, вода охладит графит. Обе причины приведут к снижению реактивности.

_____

5.3. Доклад, п. 5.2.1.

"Заявлялось, что длительная эксплуатация реактора на уровне мощности ниже 700 МВт запрещена.

Это заявление основывалось на неправильной информации. Такое запрещение должно было существовать, однако в тот момент его не было".
_____


Тот реактор "успешно" взрывался и при 700 МВт.
Для него не было безопасного уровня мощности.

Был только более или менее опасный.
С другой стороны, реактор, отвечающий нормам проектирования, в таком ограничении не нуждается.

Никакого технического обоснования безопасности при мощности выше 700 МВт нет.

А приняла она прямо-таки мистический характер
(заставив на весь мир врать академиков и докторов) только для обвинения персонала.

Уровень в 700 МВт
при составлении программы устанавливал автор данной статьи, исходя из побочных соображений.

В момент составления программы предполагалось, что будем проверять главные предохранительные клапана,

для чего необходима значительная мощность - пропускная способность одного клапана 725 т пара в час.

Поскольку выполнение программы выбега ТГ было отнесено на самый конец

(из-за подключения большинства механизмов на резервное питание - это и есть меры безопасности,

в отсутствии которых критикуется программа)
и реактор при этом глушился, то, чтобы не ждать снижения мощности, был записан уровень при предполагаемой предшествующей работе.

После непланированного провала мощности реактора автор же статьи
принял решение ограничиться подъемом до 200 МВт ввиду достаточности,
а не из-за невозможности.

Разве не ясно, что при положительном быстром мощностном коэффициенте
препятствий для подъема мощности нет?

Конечно, при принятии решения учитывалось, что 200 МВт обычная разрешенная Регламентом мощность.

5.4. Нельзя сказать, что аварийные ситуации и данные по эксплуатации не анализировались.

Так, после аварии на первом блоке Ленинградской АЭС

комиссия (Е. Кунегин и другие) выдала в 1976 г. рекомендации: - снизить паровой коэффициент;

- изменить конструкцию стержней СУЗ;
- создать быстродействующую A3.

Аналогично было и при обнаружении внесения защитой положительной реактивности.

В декабре 1984 г. даже был разработан технический проект новых стержней.
Были и другие предложения.

Однако все это решительно игнорировалось руководством, включая и экспертов МАГАТЭ Ю. Черкашова, В. Сидоренко, А. Абагяна.

Этим, господин Д. Вэлли, и объясняется, почему столь мало пользы оказалось от включения в состав экспертов высоких должностных лиц,
хотя в их руках техника, вычислители, характеристики реактора...

Ввиду игнорирования руководством темы РБМК как первоначально заложенных в проекте,

так и выявляющихся в процессе эксплуатации явно опасных физических характеристик, реактор РБМК был обречен взорваться.

-----

6. Причины аварии.

Реактор не отвечал требованиям более трех десятков статей норм проектирования
- более чем достаточно для взрыва.

Можно по-другому:
реактор перед сбросом защиты был в состоянии атомной бомбы и нет ни единого даже предупредительного сигнала.

Как об этом мог узнать персонал - по запаху, на ощупь?

26 апреля авария произошла в результате

совместного действия A3 из-за ошибочной конструкции ее стержней и положительного быстрого мощностного коэффициента реактивности.

В других ситуациях каждый из этих факторов в отдельности мог привести к аварии.

О стержнях СУЗ нет смысла говорить, все достаточно ясно.
А вот о мощностном коэффициенте надо.

Прежде всего есть смысл посчитать паровой эффект в связи со статьей Н. Лалетина (см. п. 4.2.).

Реактор РБМК наиболее опасен был на уровнях мощности примерно до 40 %

в зависимости от расхода теплоносителя из-за большого положительного быстрого мощностного коэффициента.

Изменение плотности теплоносителя, а с ней и реактивности, отнесенное к единице мощности,
на меньшем уровне ее существенно больше, чем вблизи номинала.

Конечно, изменение реактивности ставить в прямую зависимость от плотности нельзя,
но характер останется тем же

Ни в каких документах по реактору об этом до аварии не было написано.

Лишь после нее началось изучение и на низких уровнях мощности,

смотри, например, отчет ИАЭ инвентарный номер № ЗЗР/1-1007-90 от сентября 1990 г.

После всех принятых мер по снижению парового коэффициента реактивности до 0,8βэфф мощностей коэффициент при 200 МВт стал минус 6*10-7βэфф /МВт.

Каким он был при паровом коэффициенте +5βэфф?

Причем, вопреки утверждениям экспертов, большая опасность при меньшем расходе теплоносителя.

-----

7. Действия персонала

Прежде, чем говорить о вине персонала, вдумайтесь
- реактор взорван аварийной защитой.


Если господин Д. Вэлли вывод о несправедливости обвинения персонала сделал на основе анализа фактического материала приложений к докладу, то он прав.

Из самого доклада экспертов этого никак не следует.

Скорее наоборот.

Например, в 1986 г. В. Легасов и А. Абагян не сообщили факт внесения A3 положительной реактивности из-за явной его одиозности.

Эксперты пишут, что если бы знали, то вывод был бы другим.

Узнали и сделали вывод -фактически обвинили персонал в сбросе защиты,
смотри п. 5.1. статьи.

Такого не делали даже во времена самого оголтелого обвинения персонала.

В п. 6.6. доклада эксперты пишут: "И все же ИНСАГ по-прежнему придерживается мнения о том, что критические действия персонала были в основном ошибочными".

Теперь представим себе реактор, отвечающий нормам проектирования.
Какие действия операторов ошибочные, критические?

Как и почему операторы обязаны были скомпенсировать неизвестные им ошибки проекта?

Только отсутствие законных оснований для обвинения персонала заставило в 1986 г. В. Легасова и А. Абагяна
прибегнуть к явной лжи.

Ну, с ними понятно.
Удивительна готовность, с какой эксперты подхватили ее и выступили в роли прокурора.

Перед всем миром обвиняют людей в нарушении документов, которых сами даже не видели.

Повязанные первым докладом,
эксперты во втором вынуждены держать линию.

ИНСАГ-7, как и первый доклад, неточно и просто ошибочно трактует события, процессы,
а в принципе верные положения тенденциозностью изложения доводит до ложных.
Положительную роль играть не может.

За публикацию Приложений I и П экспертов надо поблагодарить.

Фактический материал в них верный, для специалистов, безусловно, ценный.

Но с выводами и оценочными суждениями надо быть осторожным.

Так, в Приложении П:
"Данные характеристики реакторной установки... обеспечивали надежную и эффективную работу РБМК во всех регламентных режимах и безопасность для всего перечня проектных аварий в соответствии с утвержденной проектной документацией".

Что неверно, это и говорить нечего.

Только для порядка:

- в перечень не включил и чист проектант?
- при МПА реактор взрывался.
_____

Бывший зам. главного инженера Анатолий Дятлов Украина, Киев, 1995 г.


_____
Говорят участники событий. Как это было? - материал из сборника нашего сообщества.
https://vk.com/chernobyl_accident

Герман Панченко

Чернобыльская АЭС - техническая сторона
Говорят участники событий. Как это было?

Как это было? 26-е апреля.
___
"Ещё о Чернобыле" (неопубликованная статья на русском)". Анатолий Дятлов
Показать полностью…

Герман Панченко
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Ср Май 11, 2016 12:34 am    Заголовок сообщения: Медведеву о "Чернобыльской тетради". Анатолий Дятл Ответить с цитатой



Source URL: https://vk.com/chernobyl_accident

Медведеву о "Чернобыльской тетради". Анатолий Дятлов.

"Не стану приводить никаких других соображений, считаю, людям с хилой мыслью надо прислушиваться к умной мысли опытного эксплуатационника АЭС.

А если это действительно могло предотвратить аварию?
Однако, как говорится, доверяй, но проверяй.

Приняли мысль Г. Медведева о подключении САОР с началом выбега ТГ.

Каким образом это могло повлиять на процесс в реакторе?

Расход теплоносителя и без того был большой, поэтому только добавка холодной воды в реактор, именно в его активную зону.

Холодная вода снизила бы парообразование и, следовательно, реактивность.

Рассматривать надо только «мгновенную» часть САОР, всё остальное значения не имеет.

Условимся, что от кнопки же МПА пойдёт и сигнал на А3.

Время мы, конечно, примем по регистрации системы централизованного контроля «Скала»,
а не приведённое в повести, взятое неизвестно откуда:

01 ч 23 мин 40 с – нажата кнопка АЗ-5,
01 ч 23 мин 46...47 с – взрыв реактора.


Значит, в нашем распоряжении 6 с.,
т.к. здесь уже повысилось давление в контуре,
и подача воды даже питательным насосом прекратилась бы, не говоря уж о баллонах.

Задача перед нами простая.
Успеет ли холодная вода за 6 с дойти до активной зоны?

Тогда она может повлиять.

Подсчёт, который я здесь не привожу, показывает, что даже при неполном открытии задвижек вода от коллектора
на отметке +30 м дойдёт за время более 10 с.

А через 10 с этой воде уже делать нечего. Активной зоны нет.

Другой вариант,
когда САОР подключается с закрытием пара на турбину,
а кнопка А3 нажимается через 36 с, как это было на блоке.

Тоже ничего не даёт.
За 36 с холодная вода пройдёт всю зону, и внесённая отрицательная реактивность будет скомпенсирована регулятором мощности.

Так вот обстоит дело с советом Г. Медведева подключать САОР.

Сдаётся мне, предмет, о котором говоришь, надо знать.

На этом вопросе я остановился подробно по следующей причине: ещё когда был в заключении,
симпатичная корреспондентка французского телевидения добивалась от меня, почему не подали воду.

Я все никак не мог уразуметь, о какой воде она говорит.
Уже когда съёмка закончилась, она сказала, что читала книгу Г. Медведева.

Только тогда я понял, про какую воду шёл разговор.
А повесть гуляет по свету, сея ложь.

Уж на что комиссия судебных экспертов тенденциозна и та вынуждена была признать,
что вывод САОР не повлиял ни на возникновение, ни на развитие аварии.


И все дальнейшие рассуждения в повести по данному вопросу совершенно безосновательны, чисто спекулятивны,

поскольку безотказно действуют на воображение не знающих блок и реактор.

А таких подавляющее большинство даже среди специалистов.

Общие знания здесь не помогут, нужны конкретные.

Вот фраза из этой области, одновременно показывающая знания автором физики.
Очень показательна.

«А ведь эти 350 м3 аварийной воды из ёмкостей САОР,
когда начался разгон на мгновенных нейтронах
(подчёркнуто мной – А.Д.),

когда сорвали ГЦН и реактор остался без охлаждения, возможно могли бы спасти положение и погасить паровой эффект реактивности,
самый весомый из всех…» (стр. 22).

Нет, уж если начался разгон на мгновенных нейтронах,
то спасения нет.

Только разрушение реактора его остановит, иных средств на энергетических реакторах нет.


На стр. 10 в повести Г. Медведев приводит перечень аварий в СССР на реакторах:

«7 мая 1966 г. разгон на мгновенных нейтронах на АЭС с кипящим ядерным реактором в г. Мелекессе.

Облучились дозиметрист и начальник смены АЭС.

Реактор погасили, сбросив в него два мешка борной кислоты».

Несказанно повезло людям – ленивые попались мгновенные нейтроны.

За мешками с кислотой сбегать успели и реакцию погасили.

При разгоне на нормальных мгновенных нейтронах люди и подумать ничего не успевают.
Такая развесистая клюква!

«Одновременно введение такого количества стержней в активную зону даёт в первый момент положительный всплеск реактивности, поскольку в зону входят вначале графитовые концевики
(длина 5 м) и пустотелые участки метровой длины.

Всплеск реактивности при стабильном управляемом реакторе не страшен,
однако при совпадении неблагоприятных факторов эта добавка может оказаться роковой,

ибо потянет за собой неуправляемый разгон.

Знали об этом операторы или находились в святом неведении?

Думаю, что знали, во всяком случае обязаны были знать,

СИУР Л. Топтунов в особенности.
Но он молодой специалист, знания не вошли ещё в его плоть и кровь…» (стр. 27).

Конструкцию стержней СУЗ и механизм внесения положительной реактивности Г. Медведев представляет искажённо.
Но это неважно.


Важно другое.

Г. Медведев находит нестрашным всплеск реактивности при падении А3!

Чтобы делать такое заявление, надо все понятия перевернуть с ног на голову.

Во всяком случае, это вне пределов нормального инженерного мышления.

Аварийная защита призвана заглушить реактор не только в нормальной,
но главным образом в аварийной ситуации.

И вот, к примеру, выпал сигнал уменьшения периода удвоения мощности,
когда реактор уже имеет избыточную аварийную реактивность и она продолжает вноситься по технологическим причинам,
– и А3 добавляет реактивность.

Так это было 26 апреля 1986 г.

Правда, в момент нажатия кнопки АЗ-5, . срабатывания А3, реактор был слабо надкритичен,
в аварийное состояние перешёл спустя 3 с. Это не страшно?!

Да это чудовищно!!!

И совершенно законно недоумение начальника смены блока Саши Акимова:

«Я всё делал правильно.
Не понимаю, почему так произошло» (стр. 27).

А как можно понять такое?
В нормальной ситуации, без каких-либо аварийных признаков, нажимается кнопка для глушения реактора, а получаем взрыв.


Только при совершенном извращении моральных и нравственных основ в стране,
при полном забвении законов можно обвинять оперативный персонал, как это и произошло и продолжается.


Не знали об этом ни Топтунов, ни Акимов и вообще никто из операторов на атомных станциях с реакторами РБМК. А если бы знали мы,
то разве согласились работать?


И неведение наше было вовсе не святым.
Это прямая заслуга Научного руководителя А.П. Александрова и Главного конструктора Н.А. Доллежаля.

Их работники обязаны были знать, а А.П. Александров и лично знал – есть документы, недопустимые свойства реактора и принять меры к ликвидации их.

И уж во всяком случае сообщить оперативному персоналу в проектных документах свойства реактора.

И сообщали, но ложные.

В отчёте НИКИЭТ утверждается, что мощностной коэффициент реактивности отрицателен всегда
– фактически был положительным.

Теперь находятся умники, Г. Медведев в их числе, изрекающие укоризненно:

«Не знал оперативный персонал».

Такая вроде бы элементарщина. Да не так уж это и просто.
Сам-то Г. Медведев и сейчас не понимает.

В руках ИАЭ и НИКИЭТ было, как выяснилось после аварии, вполне достаточно экспериментальных данных со станций для полного и глубокого понимания процессов в РБМК.

Не осмыслили, не сделали.
Не сделал этого и ГАЭН, также имевший данные.

Я всё-таки думаю, недомыслили они, ибо не представляю, чтобы знали и молчали, и ничего не делали.

Ещё цитата из повести.

«Тут необходимо ещё одно короткое пояснение.
Атомным реактором возможно управлять только благодаря доле запаздывающих нейтронов,
которая обозначается греческой буквой

Представляли всю эту цепочку Брюханов, Фомин, Дятлов, Акимов, Топтунов?» (стр. 27).

Как, Читатель, поняли? Нет? Не мудрено. Понять такое невозможно.

Мне тоже непонятно, почему Г. Медведев скорость увеличения мощности
меряет в единицах реактивности.

Интересно, а ложкой или рюмашкой он не пробовал измерять – всё равно неверно, да предметы более знакомые, сподручнее.

Если доля запаздывающих нейтронов – 0,5

Во всех книгах по реакторам говорится, что разгон на мгновенных нейтронах возникает при положительной реактивности, равной 1

Представить цепочку по Медведеву можно только в горячечном мозгу.

Полагаю, этого вполне достаточно, чтобы оценить компетентность автора «Чернобыльской тетради»

в вопросах устройства блока,
обстоятельствах аварии
и физике реакторов.

И понять, как можно с таких позиций объяснять причины аварии и действия операторов.

Трудно. Неимоверно трудно.
Да Г. Медведев не боится трудностей. Надо. И вперёд…

За гонораром.

Что грязью облил и без того оклеветанных операторов – так они уже умерли.
Что с ними считаться?
А ему жить надо.

Г. Медведеву кажется мало, неубедительны клеветнические утверждения разных комиссий,
и откапывает кнопку МПА.

На стр. 26 он приводит «грубейшие нарушения, как заложенные в программе,

так и допущенные в процессе подготовки и проведения эксперимента».

Повторять я их не стану, они взяты из информации советских специалистов в МАГАТЭ.

Но с новинкой.

Посмотрите п. 5, там в качестве последствий говорится, что тем самым защита по тепловым параметрам была полностью отключена.

Неверно там сказано.
А Медведев усиливает и говорит:

«заблокировали защиту по отключению двух турбин,
по уровню воды и давлению пара в барабан-сепараторах,
по тепловым параметрам».

Переписать без ошибок не мог.

Слабо? Ещё придумывает.

«Наконец заблокировали оба дизель-генератора,
а также рабочий и пуско-резервный трансформаторы,

отключив блок от источников электропитания и от энергосистемы.

Стремясь провести „чистый опыт“, фактически завершили цепь предпосылок для предельной ядерной катастрофы» (стр. 26).

А что лжёт?
Так ведь немного, другие-то больше. Г. Медведев совсем немного добавил.

Но зато какова теперь картина!

Защиты? – Все заблокированы, чего мелочиться.

Электроснабжение? – Всё отключено и заблокировано.

Персонал? – Ну, ясно же – троглодиты или вчера ещё по деревьям прыгали.


Вот так, уважаемый Читатель, нас обложили со всех сторон и продолжают теперь уже с помощью Медведевых.

Описание событий до аварии и их осмысливание в повести неверны
да и не могут быть верными, судя по знаниям автора.

Конечно, можно писать правдиво и без предварительных знаний, если прислушаться к мнению людей компетентных.

Но апломб и рекламирование себя опытным эксплуатационником не позволяют Г. Медведеву советоваться с кем-либо.

Остановлюсь ещё на некоторых моментах.

«В 1 ч 07 мин к шести работавшим ГЦН дополнительно было включено ещё по одному

с таким расчётом, чтобы после окончания эксперимента в контуре циркуляции осталось 4 ГЦН для надёжного охлаждения активной зоны» (стр. 30)

Правильно.

Но на стр. 34
«Суммарный расход через реактор начал падать из-за того, что все восемь ГЦН работали от выбегающего ТГ».

Как видим, автор уже забыл, что говорил четырьмя страницами раньше, или не понимает.

Как же все восемь ГЦН питаются от выбегающего генератора,

а четыре, по окончании выбега, останутся для надёжного охлаждения зоны?

Однако всё просто.

Четыре ГЦН, как и подавляющее большинство механизмов блока, запитаны от резервного электроснабжения,

и все рассуждения автора о подаче резервного питания для избежания аварии – блеф.
Оно было.

Посмотрите программу.
Посмотрите, как это описывает комиссия Г.А. Шашарина на основании изучения регистрации параметров системой централизованного контроля,

а не умозрительных заключений.

А вот уже прямое обвинение, в первую очередь меня, в головотяпстве.

«Спрашивается:
можно ли в этой ситуации избежать катастрофы?
Можно.

Нужно только было категорически отказаться от проведения эксперимента,
подключить к реактору САОР и
зарезервировать электропитание на случай полного обесточивания.

Вручную, ступенями приступить к снижению мощности реактора вплоть до его полной остановки, ни в коем случае не сбрасывая А3, ибо это было равносильно взрыву…

Но этот шанс не был использован» (стр. 30).

Ну, насоветовал.
Всё проще.
Надо было набрать шесть стержней РР и опустить в зону.

И так шестёрками продолжить до глушения,

а потом сбросить А3.

Можно было и четвёрками стержней.
Можно было и с регуляторов начинать.
Но это теперь ясно, когда стала известна противоестественная способность А3.

Операции с САОР и электропитанием не нужны.

Тогда я до этого, прошу извинить за вульгарность, не допёр, недошурупил, не дорубил, как там ещё надо…

А если бы череп мой сварганил это, то я сразу бы выступил за Кашпировского, Чумака и Тарасова.

И орденов бы потребовал побольше, чем у Леонида Ильича Брежнева.

Нет, не корю себя, что не догадался об опасности (?!) сброса А3.

И упрёков не принимаю. Сообразить это невозможно, надо только знать.

Но если бы я знал, то и дня на таком реакторе не работал.

Мы 26 апреля сбросили А3,
но ведь она может в любой момент сработать автоматически, по аварийному сигналу.
Тогда как?

Фантастическую картину придумал Г. Медведев.
Зачем?
Там и придумывать не надо было, сама реальность – фантасмагория".


Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Ср Май 11, 2016 12:44 am    Заголовок сообщения: Глазами присутствовавших на БЩУ Ответить с цитатой

Source URL: https://vk.com/chernobyl_accident

Глазами присутствовавших на БЩУ

Дятлов Анатолий Степанович, заместитель Главного инженера по эксплуатации второй очереди Чернобыльской АЭС:

«Где-то в районе 01 часа я спросил у Топтунова, каков запас реактивности, и получил ответ - 19 или 18 стержней,
точно не помню.

На цифровом табло и Трегуб видел 17 или 18, т. е. Топтунов смотрел периодически.

Но не может же СИУР обращать внимание на один параметр, для получения значения которого надо набрать код и выждать время, когда он появится на табло.

У СИУРа более 4-х тысяч параметров, кроме управления реактором,

и все внимание одному параметру он уделить не может.

Топтунов неплохо справлялся с управлением – это видно по форме нейтронного поля и записи мощности на ленте.

И при переходе с ЛАР на АР он «провалил» мощность потому, что АР оказался неисправным,
а на второй АР он уже не мог перейти, т. к. его выбило по большому разбалансу.

Это для Трегуба - он говорит, что не провалил бы мощность.

Еще как бы завалил.
В условиях изменяющегося расхода питательной воды Топтунов вынужден был постоянно прибегать к манипуляциям по управлению реактором,
и проглядел снижение запаса реактивности…

…Я утверждаю, что 26.04.86 г. никто не видел запаса реактивности менее 15 стержней.

К разрешению работать с запасом менее 15 ст. 25.04.86 г. я отношения не имею.

И вообще по данному параметру я никогда решения не принимал, так как это не моя прерогатива...

…Многочисленные судьи оперативного персонала утверждают, что персонал ради выполнения производственного задания шёл на нарушения Регламента и эксплуатационных инструкций.


Здесь я рассказал всё, как было на БЩУ 26 апреля 1986 г.

Как видим, практически никаких нарушений не было.

Аварийные защиты, вопреки многим сообщениям, – согласно Регламенту для такого режима;
параметры также.

И нет причин для невыполнения задания.

Конечно, мы стремились сделать работу – это же производственное задание, а не решение пионерского собрания.

С другой стороны, выполнять любой ценой тоже никто не собирался.

Персоналу это вообще незачем – никакой награды за выполнение, никакого взыскания при невыполнении.
За мной также не наблюдалось легкомыслия.

На этом четвёртом блоке также при остановке на ремонт при выполнении первого пункта намеченной программы испытаний на мощности, близкой к номиналу,

ложно сработала АЗ реактора по превышению давления в пером контуре.

Сразу разобрались, всё было исправлено.

Но в этом случае согласно Регламенту перед падением защиты запас реактивности должен быть не менее 50 стержней – тогда можно снова поднять мощность.

Такого запаса не было, и я, не задумываясь, распорядился расхолаживать реактор вовсе не выполнив остановочную программу.

Здесь же всё было выполнено кроме одного.

Ну, сделали бы через сорок дней после ремонта.

Причин из кожи вон лезть не было.

Естественно, поступки наши надо оценивать не с колокольни теперешних знаний о реакторе,

а исходя из действовавшей на то время документации с учётом уровня знаний о реакторе из всех доступных персоналу источников.

Как отмечено выше, перед началом эксперимента по

«Программе выбега ТГ» параметры реактора нормальные, на блоке нет ни предупредительных, ни аварийных сигналов...

…Хотя мы и не знали за запасом реактивности его способности превращать АЗ
в разгонное устройство и выше я сказал, что не могли мы его!

считать важным ввиду отсутствия средств контроля, но это последнее просто для возражения обвинителям.

Нарушать ОЗР мы не собирались и не нарушали.

Нарушение – когда сознательно игнорируется показание, а 26 апреля никто не видел запаса менее 15 стержней.

Запись Регламента надо соблюдать,

во-первых;
регулирование энерговыделения по реактору – вещь серьёзная,

во-вторых.
Но, видимо, мы просмотрели (неверно, смотреть-то как раз и не по чему было) снижение запаса.

Хотя это и не так
уж бесспорно для момента нажатия кнопки АЗ.

Блочная счётно-вычислительная машина маломощная, рассчитывала запас реактивности по программе «ПРИЗМА» в течение пяти минут по заданию.

Можно ли уследить за параметром, если он изменяется на три-четыре стержня за несколько секунд,

например, при изменении расхода питательной воды.

В стационарных условиях годится, но не в переходных режимах.

Для регулирования энерговыделения в сочетании с системой физического контроля за реакторными энерговыделениями

с её ста тридцатью радиальными и двенадцатью семизонными высотными датчиками

– такой способ измерения запаса устраивал.

Но для вновь объявившейся функции – гаранта работоспособности АЗ – не подходил никак.

Да ещё при незнании персоналом об этом.

Оператор реактора должен был бы только за ним и следить.

А он при управлении реактором совершает больше тысячи манипуляций
и на контроле имеет больше тысячи параметров.



Допускаю, что просмотрели, но для этого проектом было сделано всё и даже больше.

Как я уже писал, Отдел ядерной безопасности снабжал оперативный персонал неверной информацией,
что не давало возможности правильно прогнозировать.

И выходит – измерять параметр нельзя, прогнозировать тоже.

Поэтому не укладывается в голове, чтобы Научный руководитель и Главный конструктор чётко представляли опасность своего реактора.

В противном случае очень всё грустно и полная безнадёжность.

Впрочем не так это и невозможно.
Да и вопрос не в том, знали они или нет, чётко или смутно представляли.

Они обязаны были знать!..

В 01 час 03 и 07 минут запущены седьмой и восьмой ГЦН согласно Программе.

А. Акимов доложил о готовности к проведению последнего эксперимента.

Собрал участников для инструктажа кто за чем смотрит и по действиям в случае неполадок, кроме оператора реактора – ему отлучаться при таком режиме не следует. Все разошлись по назначенным местам.

Кроме вахтенных операторов в это время на щите управления были задействованы в эксперименте
работники электроцеха (Сурядный, Лысюк, Орленко),

пуско-наладочного предприятия (Паламарчук),

заместитель начальника турбинного цеха Давлетбаев, из предыдущей смены Ю. Трегуб и С. Газин,

оставшиеся посмотреть, начальник смены реакторного цеха В. Перевозченко и стажёры Проскуряков, Кудрявцев.


Режим блока:
мощность реактора – 200 МВт,

от ТГ № 8 запитаны питательные насосы и четыре из восьми ГЦН.

Все остальные механизмы по электричеству запитаны от резерва.

Все параметры в норме.

Система контроля объективно зарегистрировала отсутствие предупредительных сигналов по реактору и системам»
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Ср Май 11, 2016 1:11 am    Заголовок сообщения: Программа испытаний 1986-го года сохранилась только в виде Ответить с цитатой

Source URL: http://vk.com/wall-20978067_1286

Программа испытаний 196-го года сохранилась только в виде машинописной копии, без подписей и регистрационных отметок.


Такова судьба всех первичных данных и документов по чернобыльской аварии.

Их оригиналы (и первичные светокопии) исчезли навсегда в недрах Генеральной прокуратуры СССР.

В отсутствие этих первичных материалов, непримиримые споры о причинах чернобыльских событий не прекратятся никогда.

Ниже представлена копия оригинала программы испытания выбега в 1985 г.,

чудом сохранившейся в архивах ЧАЭС, она практически не отличается от программы 1986-го года. ???

Сохранился также оперативный журнал БЩУ, фрагменты которого, относящиеся к проведению этих же испытаний, тоже представлены.

Отличие программы 1985 г. от программы 1986 г.

лишь в том, что испытанию подлежал турбогенератор ТГ-7, а не ТГ-8, как в 1986,

и не при выводе блока в ППР,
а при вводе блока в работу после ППР.

Но есть в ней одна странность.


По смыслу проводимого эксперимента испытывается выбег турбогенератора под нагрузкой,
совместно с механизмами собственных нужд (это следует из пункта 3.7 программы,

и далее в оценке результатов опыта сказано прямым текстом).

Но в тоже время, в условиях проведения испытаний (п. 2.5) сказано, что ТГ-7 работает на холостом ходу,

и далее в программе ни в одном её пункте этот режим работы не изменяется (при этом ТГ-8 не в работе, а мощность реактора 700 – 1000 МВт).
При сравнении текста программы с её исполнением, описанным в оперативном журнале, обнаруживается с полной очевидностью несогласованность действий организаторов испытания выбега (ЧПНП и электроцех ЧАЭС)
и его исполнителей (сменный оперативный персонал).

___
Журнал

Оперативный журнал с БЩУ 4-го блока за осень 1985-го года не заинтересовал следователей Генеральной прокуратуры СССР и поэтому сохранился в архиве Чернобыльской АЭС.

В отсутствие первичных материалов по аварии он может в некоторых случаях представлять интерес при анализе событий 1986 года.

В частности, испытание выбега турбогенератора 1985 г. должны были проводиться по такой же программе как в 1986.

Здесь представлены копии страниц журнала, относящихся к работам, связанным с проведением этих испытаний.

Представлено два фрагмента:
первые три страницы (11 ноября) – останов блока на ППР,

следующие пять страниц (22-23 ноября) – выход на мощность после ППР.

В записях журнала поражает несоответствие статуса проводимой работы по проверке режима выбега

(испытание системы безопасности)

и того, как она выглядит в глазах операторов на БЩУ.

Трудно даже понять проводилась ли эта работа по программе, сколько попыток было сделано, и когда именно: при выводе блока в ППР или при выходе из него.

Под своим именем
«испытание генератора на выбеге» такая работа упоминается только один раз (11.11.85 – 12:3Cool

и это испытание ТГ-7 на холостом ходу, а не под нагрузкой (как это требуется по смыслу и по программе).

А работа, наиболее похожая на работу по программе (22.11.85 – 21:37) названа всего лишь «испытанием системы возбуждения» и проведена на ТГ-8

(а не на ТГ-7, как в программе).

И абсолютно непонятно что за действие было совершено с турбогенератором ТГ-8 по записи (11.11.85 – 13:57) с последующим срабатыванием АЗ-5 спустя 25 минут.
_____
Говорят участники событий. Как это было? - материал из сборника нашего сообщества.
https://vk.com/chernobyl_accident
Просмотреть все изображения
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
NPP
Site Admin

   

Зарегистрирован: 17.10.2012
Сообщения: 420

СообщениеДобавлено: Чт Май 12, 2016 4:52 pm    Заголовок сообщения: Вписать строку в Священное писание. И никогда !! катастрофу Ответить с цитатой



Вписать строку в Священное писание создателей, и "водителей" АЭС

Никогда "на авось пронесет" не испытывать катастрофу


В расследовании катастрофы на ЧАЭС -4 есть много правды,
как правдой является то – что имеется много лжи.


Слушая интервью ЧАЭС А. Дятлова
– может создаться впечатление, что он был эксплуатационным «демократом»
- хотя известно, что он им никогда не был.

Интервью ЗГИ ЧАЭС А. Дятлова, в любом случае полезно, для эксплуатационников
– не оставляет равнодушным, заставляет задуматься,



Был жив до 13-го дек. 1995-г

или оставляет впечатление более сильное, чем его содержание.

Оставшийся после смены, для того что бы, посмотреть за испытаниями С. Газин
через 25 лет, при свидетелях, заявлял, что в зоне
оставалось 1,5 стержней аварийной защиты.

На следствии и во время суда ЗГИ ЧАЭС
А. Дятлов утвержал, что в реакторе оставалось не менее 15 стержней аварийной защиты,
а оперативный персонал показывал 15-17 стержней аврийной защиты.

Критика ЧАЭС А. Дятловым
автора книги
«Чернобыльские тетради» Григория Иустиновича Медведева во многом – как с профессиональной, так и с человеческой точки зрения – обьективна!

Надо учитывать, что все акты расследования составлялись так
( все управлялось и контролировалось ведомством Б.Е. Щербины -так,
чтобы ущерб для того, что еще уцелело был минимальным .

Нужно было вписать такой минимум информации, который не вызовет особых сомнений относительно достоверности «Документа» .

Предложение Бориса Горбачева
провести новое расследование вполне резонно, т.к. из техники и из криминальной практики тоже - известно, что недорасследованое событие или преступление когда-нибудь заявит свое право на рецидив.

Из хода развития аварии на ЧАЭС-4 следует, что имело место событие Х

которое привело к очень мощному ( я специально применяю это слово – вместо слова резкое)
понижение давления пара в барабанах-сепараторах
и на всасах ГЦЭН,
на величину ( ок. 5 кг/см2 ) ,
что привело к срыву работы ГЦЭН.

Вода во всасывающих трубопроводах вскипела, «выстелив» массы, которые не успели вскипеть, в зону более низких давлений.


Срыв работы ГЦЭН привел к прекращению работы КМПЦ и гидравлическому удару, который при работе реактора
на мощности

разрушил каналы ( это в несколько художественной форме описывает Г. Медведев)

– хотя все свидетели отмечают, что первый удар был - один.

Это мог быть только гидравлический удар - при котором возникают ударные давления до нескольких сотен атмосфер.


Паром каналы разрушить невозможно!

Второй - это уже был не удар,
а взрыв водорода

образовавшегося в результате паро-циркониевой реакции,

который вначале заполнил ЦЗ а потом взорвался, разрушив здание реакторного цеха.

Этот эффект имел место на АЭС Фукусима - через 25 лет.
Можно посмотреть видеосюжет, как разрушается
здание реакторного цеха на АЭС Фукусима.

Далее все происходит, как об этом сообщают многочисленные свидетели.

Нажатие кнопки АЗ-5, которой «закрывается» ЗГИ А. Дятлов – запоздалое и не нужное действие,
а точнее, реакция СТРАХА, что по свидетельству ЗГИ А. Дятлова – деаэратор упадет на БЩУ!

ЗГИ А. Дятлов пишет, что прибывший под утро директор ЧАЭС
В. Брюханов вызвал его в штаб ГО,
он снял три диаграммы и пошел на доклад!

Вы можете представить себе, что на АЭС во время аварии, до начала работы комиссии, кто-то снял диаграммы самописцев и пошел кому-то докладывать?

Доверия к хронометражу оперативного персонала, особого, - и нет!

Как из всякой катастрофы, можно сделать ряд практических советов для оперативного персонала.

Но, в начале, надо вычислить событие Х.



PS
Об известных "секретах" реактора РБМК

http://vk.com/chernobyl_accident?w=wall-20978067_1261

Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Форум АЭС специалистов с осколков СССР -> 0801 Обожженые радиацией Часовой пояс: GMT + 3
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах
Знать. Уметь. Предвидеть. Работать с Атомом без права на риск.


Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS